Еврейское опровержение идей Ричарда Докинза, изложенных в книге «Бог как иллюзия»

Сара Йохевед Риглер и рав Моше Зельдман

 

Журналист и психиатр Теодор Далримпл, пишущий для престижного «City Journal», раскрывает причины своего атеизма. Ему было девять лет и он присутствовал на молитвенном собрании в своей британской школе. Директор школы мистер Клинтон приказал детям не открывать во время молитвы глаза, чтобы Бог не покинул актовый зал. Юный Теодор хотел проверить одну свою гипотезу, поэтому внезапно открыл глаза, чтобы взглянуть на убегающего Бога. Но вместо этого он увидел, что мистер Клинтон молится, одним глазом приглядывая за детьми. «Я быстро пришел к выводу, — вспоминает Далримпл, — что мистер Клинтон не верил в собственное наставление, что необходимо закрывать глаза. А если он сам не верил в это, то зачем мне верить в его Бога? Именно в подобных логически спорных ситуациях, когда мы пытаемся найти объяснения происходящему, рождаются наши убеждения. И они, по сути своей, являются комплексами таких объяснений, помогающих в дальнейшем разобраться с новыми возникающими на пути вопросами и нелогичностями. Это можно назвать продуманной рационализацией».

За последние полтора года такие «продуманные рационализации» атеистов породили множество книг, осуждающих Бога, религию и верующих. Книга Кристофера Хитченса ”Бог — не любовь: Как религия всё отравляет” достигло лидирующей позиции в списке бестселлеров New York Times всего за три недели. «Бог как иллюзия» Ричарда Докинза была продана в количестве 1,5 миллионов экземпляров и переведена на 31 язык. Она оставалась в списке бестселлеров New York Times в течение 51 недели. BBC подготовила двухчасовой документальный фильм, основанный на этой книге под названием «Религия: корень всех зол»?

Многие критики обратили внимание на то, что привлекательность этих книг не столько в разумности аргументов, сколько в элегантности их написания.  Как написал Брюс Де Сильва из Associated Press: «Хитченс не сказал ничего нового, хоть и следует признать, что он говорит об этом исключительно хорошо».

Пять из шести книг, составляющих “нео-атеистический” крестовый поход, могут быть отброшены за ненадобностью, потому что полны того, что Теодор Далримпл описывает как «неряшливость и недостаток интеллектуальных сомнений, с предположением о достоверности там, где ее нет». Ядовитая злоба их выпадов против Бога и верующих фактически превращает этих гордых рационалистов в иррациональных ненавистников. Сэм Харрис в своей книге «Конец веры» заявляет: «Влияние веры на поведение делает ситуацию более критической. Некоторые убеждения настолько опасны, что может показаться этичным убивать людей, если им верить».

Очевидно, что такая обличительная речь не достойна разумного опровержения.

 

 

ОПАСНОСТЬ РЕЛИГИИ

Только «Бог как иллюзия» Ричарда Докинза, профессора эволюционной биологии в Оксфорде, заслуживает серьезного обсуждения. Докинз выдвигает четыре основных аргумента.

Первый из них: религия опасна. Его совместный с BBC документальный фильм начинается с атаки 11 сентября на Всемирный торговый центр в Нью-Йорке. Затем показываются фотографии раненых израильтян после взрыва террориста-смертника. После —  изображения хасидов, молящихся у Западной стены, и тогда голос за кадром объявляет: «Религиозный терроризм является логическим результатом глубоко укоренившейся веры».

Искаженного силлогизма Докинза — мусульмане-террористы религиозны и совершают убийства, поэтому все религиозные люди являются потенциальными убийцами — достаточно, чтобы вызвать раздражение даже у того, кто только начинает познавать законы логики.

Неверное в корне утверждение Докинза о том, что религия вызывает терроризм, войны, крестовые походы, инквизицию, джихад и т. д. — это поверхностный взгляд на геноциды 20-го века. По оценкам историков, 80 миллионов человек были убиты в течение 20-го века (не считая жертв войны), и все они погибли от рук атеистов: Гитлера, Сталина, Пола Пота и Мао.

Докинз пишет, что «этот вопрос задается практически после каждого моего публичного выступления на тему религии и почти в каждом радиоинтервью.». Затем он посвящает семь страниц попытке доказать, что Гитлер был не атеистом, а католиком. И подытоживает этот раздел выводом:

«Сталин был атеистом, Гитлер, скорее всего, — нет; но даже если бы он им и был, вывод из дискуссии о Сталине/Гитлере довольно прост. Вопрос не в том, были ли атеистами Гитлер и Сталин, а в том, склоняет ли атеизм людей систематически совершать дурные поступки? Этому не существует никаких подтверждений. Отдельные атеисты могут совершать зло, но они не совершают его во имя атеизма.».

 

Если бы Докинз спросил Сталина или Мао, были ли они мотивированы своей идеологией, они, несомненно, утверждали бы, что вся их политика происходит непосредственно из их коммунистических принципов. Даже при современном коммунистический режиме в Китае происходят изъятия жизненно важных внутренних органов у последователей Фалуньгуна для дальнейшей продажи на прибыльном рынке трансплантации. Это злодеяние согласуется с их атеистической идеологией, которая относится к людям исключительно с экономической точки зрения и отрицает, что человеческая жизнь священна, потому что люди созданы «по образу и подобию Бога». Поскольку коммунизм является по сути атеистической системой, которая отрицает как Бога, так и Божественную душу, утверждение Докинза о том, что атеисты «не делают злых дел во имя атеизма», вопиюще ложны.

Кроме того, заявлять, что религия — зло, потому что религиозные люди совершали ужасные поступки во имя религии, это как сказать, что медицина является злом, потому что доктор Йозеф Менгеле проводил отвратительные эксперименты над своими жертвами в Освенциме во имя медицинских исследований. Любую конструктивную инициативу можно использовать в разрушительных целях, но это не дает оснований для осуждения самой инициативы.

Одно из многих искажений истины, которыми изобилуют все нео-атеистические книги, заключается в том, что в них рассказывается о негативных побочных эффектах религии, но при этом даже не упоминаются реальные преимущества религии, которые видны на протяжении всей истории человечества. Как отмечает Теодор Далримпл: «Шаткость нео-атеизма очевидна в его подходе к нашей цивилизации, которая до недавнего времени была религиозной по своей сути. Жаловаться на религию — это фактически жалеть о нашей цивилизации и ее памятниках, достижениях и наследии».

Далримпл предлагает в качестве примера Шартрский собор и “Страсти по Матфею” Баха. По сути эти творения появились на свет благодаря иудаизму.

Как демонстрирует Кен Спиро в своей книге “Совершенный мир”, иудаизм подарил миру его основные ценности: уважение к человеческой жизни, общественный порядок, справедливость, равенство перед законом, образование и социальная ответственность.

Даже Оксфордский университет, где профессор Докинз долгое время работал, был основан девять веков назад религиозными христианами, в том числе епископом Рочестерским.

 

 

НАУКА И РЕЛИГИЯ

В книге «Бог как иллюзия» Ричард Докинз утверждает, что религия и наука всецело друг другу противостоят. Он говорит, что, в отличие от науки, вера в Бога иррациональна:. «Вера призывает к отказу от критического мышления. Она именно потому и вредна, что она не требует доказательств и не терпит возражений.» Догма Докинза гласит: «Наука — это одна из форм рационализма, а религия — наиболее распространенная форма предрассудков. Наука использует разум и доказательства для получения логических выводов. Религия же — это превращение бездоказательной веры в непоколебимую истину благодаря власти религиозных учреждений и с течением времени».

Докинз, воспитанный в английской церкви, естественно связывает религию с иррациональными убеждениями, такими как непорочное зачатие и Бог, оплодотворяющий человека, чтобы родить богочеловека. Это, однако, не имеет ничего общего с иудаизмом. Просто откройте Талмуд, почитайте Маймонида или проведите один час на занятии в ешиве, и вы увидите жесткую аргументацию иудаизма в стремлении обнаружить правду. Основное внимание в иудаизме уделяется изучению Торы и развитию, а не «отказу» от критического мышления.

Совершенно рациональная вера в Бога, сформулированная Маймонидом, заключается в том, что должен существовать бесконечный нефизический источник конечной физической вселенной. Как будет показано ниже, нет другого правдоподобного объяснения того, как зародилась вселенная.

Эйнштейн понимал, что возникновение Вселенной подразумевает некую трансцендентную силу, которая породила ее. Вот почему он так долго придерживался своей веры в статическую вселенную (которая всегда существовала и, следовательно, не имела никакого начала) и сопротивлялся растущему количеству доказательств того, что вселенная менялась.

Лоуренс Клеменс в книге “Разрешение верить” объясняет проблему, связанную с меняющейся вселенной:

Почему точка, содержащая огромное количество материи и энергии, точка, которая сидела спокойно целую вечность, внезапно взрывается? Первый закон Ньютона утверждает, что находящиеся в покое предметы остаются бездействующими, пока на них не начинает воздействовать внешняя сила. Поскольку вся материя и вся энергия содержатся именно в этой точке, не может быть ничего за ее пределами, что могло бы на нее повлиять — по крайней мере, ничего естественного. Так какая же сила могла способствовать Большому взрыву?

Даже столкнувшись с доказательством того, что вселенная не статична, предложенным астрономом Весто Слайфером и выведенным математиками Виллемом де Ситтером и Александром Фридманом, Эйнштейн отказался принять этот неизбежный вывод. «Я еще не попал в руки священников» — был знаменитый ответ Эйнштейна все вопросы к нему по этой теме. Очевидно, что он понимал, что меняющаяся Вселенная должна иметь не физическую первопричину.

С тех пор, конечно, наука доказала, что Вселенная отличается от своего первоначального вида, появившегося вследствие так называемого Большого взрыва. Это несомненно предоставляет научное обоснование философскому утверждению Маймонида о том, что инициировать появление  вселенной должна была некая сверхъестественная сила.

Пользующийся уважением журнал «Астрофизика и наука о космосе» [номер 269-270 (1999)] открыто заявляет, что Большой взрыв указывает на «трансцендентную причину возникновения вселенной»:

Версия о происхождении Вселенной, всей материи и энергии, даже самого физического пространства и времени в результате Большого Взрыва противоречит натуралистическому предположению о том, что Вселенная всегда существовала в неизменном состоянии. Одна за другой модели, разрабатываемые для опровержения исходной космологической сингулярности — модель устойчивого состояния, модель колебаний, модель квантовой флуктуации — приходят и уходят. Современные модели квантовой гравитации, такие как модель Хартла-Хокинга или модель Шафи-Виленкина, должны апеллировать к физически неразборчивому и метафизически сомнительному устройству «воображаемого времени», чтобы избежать возникновения вселенной. Случайность, подразумевающая образование всего из ничего, указывает на трансцендентную причину мироздания вне пространства и времени. Философские возражения причине появления Вселенной не выдерживают никакой критики. [Стр. 723-740]

Несколько страниц Докинз посвящает тому, чтобы отвергнуть доказательства Фомы Аквинского о существовании Бога (Маймонид, предшествовавший Аквинскому на два столетия, приводит аналогичные аргументы). «Пять «доказательств», предложенных в XIII веке Фомой Аквинским, ничего не доказывают, их бессодержательность легко обнаружить — хоть и неудобно так говорить о знаменитом мыслителе.»

Опровержение Докинзом Аквинского помогло бы ему заработать ему худшую оценку по любому философскому предмету первого курса. Будучи биологом, а не философом, Докинз просто не понимает всей глубины философских аргументов и слишком высокомерен, чтобы признаться, что в этой теме он уже вышел за пределы области своих знаний.

Проблема «первопричины» — это убийственный аргумент, против которого у Докинза нет защиты. Даже если он, эволюционный биолог, может доказать, что люди эволюционировали из некоего первичного бульона, эволюция по-прежнему вызывает широкий ряд вопросов: откуда взялись элементы первичного бульона? Что вызвало появление первых частиц? Что вызвало Большой взрыв? Как можете верить в зарождение, не веря в того, кто зародил? На эти классические вопросы, направленные атеистам, Докинз не отвечает.

Радостная уверенность Докинза в том, что, хотя ученые еще самостоятельно не смогли создать жизнь, когда-нибудь в будущем они обязательно добьются успеха, подозрительно напоминает мессианские надежды:

“Я нисколько не удивлюсь, если через несколько лет химики сообщат об успешном рождении новой жизни, на этот раз — в химической лаборатории. Тем не менее этого еще не случилось, и можно по-прежнему считать, что вероятность зарождения жизни сейчас, как и раньше, очень мала — хотя однажды это уже и произошло!”

Конечно, в таком случае ему необходимо было бы объяснить, как это сделать, не имея в распоряжении оригинальных химических веществ. Докинз может сделать салат, но давайте посмотрим, как он создаст для него овощи.

Настойчивая позиция Докинза, утверждающая, что религия и наука противоречат друг другу, легким движением руки перечеркивает весь труд, написанный многими уважаемыми учеными, которые показывают, что наука фактически подтверждает повествование Книги Берешит. Хотя библиография таких книг слишком длинна, чтобы перечислять ее здесь, приведем три превосходных примера источников Докинза: «Наука о Боге: схожесть научной и библейской мудрости» Джеральда Шредера, «Доказательство Бога. Аргументы учёного» Фрэнсиса Коллинза, руководителя проекта генома человека, который, кстати, вырос атеистом, и «Бог есть: Как самый знаменитый в мире атеист поменял своё мнение» Энтони Флю.

 

РЕЛИГИОЗНОЕ ОБРАЗОВАНИЕ КАК ЖЕСТОКОЕ ОБРАЩЕНИЕ С РЕБЕНКОМ

Третий аргумент Ричарда Докинза в защиту теории атеизма заключается в том, что воспитание детей в религиозном ключе сродни жестокому обращению с детьми, поскольку это не позволяет детям научиться мыслить независимо. Он пишет, что от таких словосочетаний, как «ребенок-католик» или «ребенок-мусульманин» у людей должно возникать неловкое чувство. “Если при вас упомянут «ребенка-католика», пожалуйста, остановите говорящего и укажите, что дети слишком малы, чтобы занимать осознанную политическую, экономическую или этическую позицию.”

При этом Докинз, судя по всему, на удивление терпим к сексуальному насилию над детьми. Он пишет: «Истерия по поводу педофилии достигает нынче ошеломляющих размеров … И тем не менее несправедливо обрушивать на всех педофилов то возмездие, которого достойна лишь их малая часть, повинная еще и в убийствах.» Однако у него нет толерантности к тому, что он считает гораздо серьезным преступлением: воспитанию детей в русле определенной религии:

“Однажды после лекции в Дублине меня спросили, что я думаю по поводу широко освещенных в средствах массовой информации случаев сексуальных домогательств со стороны ирландских католических священников. Я ответил, что, несмотря на безусловную отвратительность сексуальных домогательств, наносимый ими вред, несомненно, меньше того вреда, который на протяжении долгого времени наносится ребенку всем процессом воспитания в лоне католицизма.”

Хотя для опровержения книги Докинза потребуется целая книга, достаточно сказать, что все родители, будь они религиозные или светские, воспитывают своих детей согласно своим убеждениям. Докинз не воспитывает своих детей с предубеждением, что они должны быть демократами? Воздерживаться от употребления наркотиков? Во имя интеллектуальной честности стал бы он самолично знакомить своих детей со всеми порочными элементами общества? Во имя интеллектуального баланса он позволил бы своим детям изучать мусульманскую теологию в саудовской мечети в течение нескольких месяцев?

 

ДАРВИНСКАЯ МОРАЛЬ

Финальный аргумент Докинза в пользу атеизма заключается в том, что людям якобы не нужна религия для сохранения морали. В своем документальном фильме BBC, при демонстрации кадров, на которых резвятся отряды шимпанзе, Докинз заявляет, что мораль также является результатом эволюции.

Его объяснение простое: «Мораль связана с генами альтруизма, которые оказались в геноме благодаря естественному отбору в нашем эволюционном прошлом». Указывая на социальные структуры, коими изобилует животное царство, он утверждает, что «выживание наиболее приспособленных» поспособствовало эволюционному развитию нравственных качеств:

“В условиях асимметричных потребностей и возможностей естественный отбор оказывает предпочтение генам, под действием которых организмы, по возможности, делятся, а в отсутствие такой возможности — побуждают делиться других. Помимо этого, отбирается способность запоминать долги, проявлять злопамятность, проверять справедливое совершение сделки и наказывать плутов, пользующихся одолжениями, но не возвращающих долг.”[Стр. 248-9]

 

Здесь название документального фильма Докинза «Религия: корень всех зол» оказывается правдой, хотя и не в том контексте, который предполагал автор. Религия действительно является корнем всех зол, потому что без религии не возникло бы понятие «зло». И так же религия является корнем всего добра. Проще говоря, без религии, определяющей абсолютную систему ценностей, как что-то может быть плохим или хорошим?

Если бы люди были ни кем иным, как продвинутыми по уровню обезьянами, как внушают нам эволюционисты, понятие морали было бы неактуальным. Лев, который поедает пинающую и дерущуюся с ним «невинную» зебру, не «злой». Просто оба они поступают согласно своим инстинктам, а инстинкты в животном мире не связаны ни с какими моральными ценностями.

Доукинз приводит пример: «Летучие мыши-вампиры запоминают, кто из соплеменников является надежным должником (отрыгивая, в качестве оплаты, высосанную кровь), а кто норовит обмануть.» Но можно ли сказать, что летучая мышь, которая “платит долги”, является хорошей, а та, которая обманывает, плохой? Конечно, нет.

Если убрать Бога из общей картины мира, мы не найдем зла во зле. По словам Докинза, террористы, летевшие в башни-близнецы, ничем не отличались от льва, пожирающего зебру.

Даже в развитии человеческой цивилизации правила поведения в обществе были скорее целесообразными, чем моральными. Например, Кодекс Хаммурапи запрещает воровать в целях обоюдной защиты прав собственности, а не потому, что воровство является «злом».

Мораль могла быть введена в наш мир только Богом, поскольку никто другой не имеет права декларировать универсальные нормы для “правильного” и “неправильного”. И большая часть морали, которую установил Бог, противоречит интуиции и идет вразрез с инстинктами.

Например, историк Пол Джонсон [«Популярная история евреев», стр. 34] указал, что среди всех правовых кодексов древнего Ближнего Востока только Тора гласила, что преступления против собственности никогда не являются самыми страшными, потому что святость человеческой жизни превосходит ценности собственности. Тора также приказывает людям прощать должников в конце каждого семилетнего цикла, возвращать купленную землю ее первоначальному владельцу каждые пятьдесят лет, активно помогать другому человеку, жизнь которого находится в опасности, и не допускать обиды или мести. (Вспомните приведенное выше заявление Докинза о том, что естественный отбор благоприятствует тем, кто «терпит обиды»). *(1)

В поединке против религии Ричард Докинз выбрал своим оружием рациональность. И хотя он, безусловно, получает баллы за красноречивое использование королевского английского и за свое циничное остроумие, но с точки зрения рациональных аргументов Докинз по факту остается лишь с тупым мечом.

 

 


(1) Самое смешное — это попытка Докинза показать успехи, достигнутые путем постоянно меняющейся морали. Его «доказательство», что нравственность развивается, заключается в том, что полвека назад в Англии почти все были расистами, и теперь почти никто не расист. Полвека назад почти все были гомофобами, а теперь очень многие — нет. Это вершина моральной эволюции по оценке Докинза.

Но как насчет Холокоста? Нынешний геноцид в Дарфуре? Незаконное изъятие внутренних органов у практикующих Фалуньгун? Садизм, который сопутствует каждому из этих зверств, резко опровергает любое понятие моральной эволюции. Предполагаемая «моральная эволюция» Докинза должна означать, что человечество с течением времени четко стремится к тому, чтобы стать менее варварским, но с точки зрения морального уровня Рудольф Хёсс, комендант Освенцима, не имел никаких более высоких принципов, чем Чингисхан.

Запись Крестовый поход атеиста впервые появилась Имрей Ноам.

Источник

#acjc #crimeajewishcongress #jewishcrimea #Jewish #crimea #israel #израиль

Мнение редакции может не совпадать с мнением авторов статей, а также с точкой зрения авторов комментариев.
Ответственность за достоверность изложенной в статьях информации несут авторы.
Работы публикуются в авторской редакции.
Редакция не несет ответственности за достоверность информации, содержащейся в статьях.
Обнаружив недопустимые или неточные материалы, свяжитесь с нами.
Если вы обнаружили контент с вашего сайта (например, статью, изображение, видео или поврежденную ссылку) и хотите, чтобы он был удален, сообщите нам об этом.
Настоящий ресурс может содержать материалы 18+